Биография

00:00/00:00
Error loading: "undefined"

 

Борис Моисеевич Берлин родился в Минске 8 марта (по новому сти­лю) 1906 года. Его отец Моисей Борисович работал в Русско – азиатском банке, мать – Софья Абрамовна была пианисткой - любительницей и давала уроки музыки. Всего у них было трое детей Александр, Цецилия и Борис.

Перед I мировой войной семья переехала в Орел, где ее постигло  большое горе. В начале умер от диабета старший сын Александр. А вскоре после этого умерла Софья Абрамовна.

По рассказам, Борис Моисеевич начал играть на рояле в четырехлетнем возрасте, подбирая по слуху и импровизируя. А первым серьезным учителем Берлина, причем не только музыки, но и других предметов, был Маврикий Мечеславович Клечковский. Какое-то время Берлин учился и в гимназии.  

В 1922 году Борис Моисеевич поступил в Московскую консерваторию (рабфак) по двум специальностям: композиции - класс Г.Э.Конюса, и фортепиано - класс А.Ф.Гедике. Система метротектонического анализа Конюса оказалась чуждой импровизационному мышлению Берлина, и он попросил перевести его в класс М.Ф. Гнесина, прекратив даже на какое-то время занятия на фортепианном факультете. Позже, сильное влияние на Берлина - композитора ока­зал Н.Я.Мясковский, о котором Борис Моисеевич всегда вспоминал с осо­бой теплотой.

 

Это отражалось и на том, с какой эмоциональностью Берлин проходил с учени­ками его Вторую сонату, "Пожелтевшие страницы", "Воспоминания". Пунктуальность Берлина, как он считал, — от Мясковского. И если мы, студенты, проверяли часы по Берлину (ровно в 9 часов Б.М.Берлин входил в 65-й класс), так и в годы студенчества Берлин и его сокурс­ники проверяли часы по Н.Я.Мясковскому. Интересно, что Мясковский, узнав о мечте Берлина сыграть симфонии Бетховена в транскрипции Листа, выписал за свои деньги ноты из заграницы, и сам принес их к нему домой.

 

В середине 20-х годов в Москве выступал Владимир Горовиц. Впечатления от его концертов перевернули всю жизнь Берлина. Он решил заняться пианизмом. Наивно выучив октавные эпизоды Сонаты си минор Листа (которую играл Горовиц), Берлин отправился к К.Н.Игумнову с просьбой взять его в свой класс.

 

Ок­тавы удивили своей скоростью (позже Д.А.Рабинович с секундомером зафиксировал 11 октав в секунду), но не особенно заинтересовали Константина Николаевича, и он для проверки задал Берлину Фантазию Шопена. Через две недели, услышав Фантазию в исполнении "октависта" — так Игумнов прозвал Берлина, — Константин Николаевич включил его в число участни­ков классного вечера, к которому Берлин успел выучить еще и си-ми­норный октавный этюд Шопена.

 

Помимо учебы в консерватории Берлин много работал. Сна­чала у А.Я.Таирова в Камерном театре (под обаянием личности Таирова Берлин чуть было не бросил музыку, чтобы стать актером), а затем в кинотеатре "Малая Дми­тровка" (в этом здании сейчас театр Ленком), где импровизациями на рояле сопровождал немые фильмы. На чествовании Берлина по слу­чаю 60-летия Л.Н.Оборин рассказывал, что Д.Д.Шостакович (который в то время тоже играл в кинотеатре) специ­ально приезжал в Москву из Ленинграда, чтобы послушать игру пи­аниста (фильм Бестера Китона «Наше гостеприимство»).

 

Борису Моисеевичу посчастливилось общаться с В.Э.Мейерхоль­дом, К.С.Станиславским, но с особым трепетом он всегда вспоминал Михаила Чехова. Театр и кино оказали огромное влияние на художественное мышление и выработку педагогического стиля Берли­на.

Среди своих учителей, Бо­рис Моисеевич называл выдающегося дирижера Отто Клемперера. Особенно поучи­тельной оказалась для него репетиция, где Клемперер, отпустив ор­кестр, работал над фразой из "Петрушки" Стравинского только с тромбонами, добиваясь полного воплощения авторского замысла. Берлин говорил, что после той репетиции он понял насколько важно не просто показать, объяснить уче­нику звучание того или иного фрагмента, а непременно добиться от него результата на уроке.

 

Важную роль в формировании Берлина – музыканта сыграло и то обстоятельство, что в 20-х годах в Москву стали приезжать иностранные пианисты, – Артур Шнабель, Карло Цекки, Эгон Петри. Огромное впечатление оставили выступления «эмигрантов» Н. Метнера и С. Прокофьева.

В самой консерватории огромное влияние на Берлина оказали Г.Г.Нейгауз, С.Е.Фейнберг, в меньшей степени А.Б.Гольденвейзер, хотя Берлина привлекала в нем выдающаяся эрудиция и глубина знаний и в каком-то смысле научный подход к музыке и исполнительству.

 

Класс К.Н.Игумнова в 30е годы

 

 В классе Игумнова вместе с Берлиным учились ярчайшие пианисты и среди них – выдающийся пианист, занявший в 1927 году I место на Международном конкурсе им. Шопена в Варшаве Л.Н.Оборин.

Из пианистов, оказавших большое влияние, Берлин всегда выделял М.В.Юдину. Будучи уже доцентом консерватории, он много времени проводил в ее классе, слу­шал, как она занимается со студентами, изучал ее методику. Он считал, что Юдина открыла ему подлинного Моцарта, а  «у Игумнова Мо­царт был в "парике"».

 

Общался Берлин также с Н.С.Жиляевым, который помог ему в изу­чении произведений Листа. Посещал баховские семинары Б.Л.Яворского.

Много времени проводил Борис Моисеевич в лаборатории В.С.Марсовой при Московской консерватории, изучая биомеханику и физиологию фортепианной тех­ники звукоизвлечения.

В 1931 году Б.М.Берлин закончил консерваторию и стал ассистен­том К.Н.Игумнова. Одновременно он вел большую концертную ра­боту, выступал по радио. В репертуаре пианиста преобладали произ­ведения Бетховена, Шопена, Листа, Брамса и особенно Скрябина. Иг­рал он и современную музыку, в частности Л.Половинкина. В письме к Прокофьеву Мясковский рекомендовал "мальчика Берлина" наряду с Нейгаузом, Юдиной и Софроницким для исполнения пьес Прокофь­ева соч. 52.

Участвуя в I Всесоюзном конкурсе пианистов (1933), Берлин с ог­ромным успехом исполнил Пятую симфонию Бетховена в транскрип­ции Листа. Однако, из-за болезни рук, он не смог участвовать в финале, а вскоре вынужден был вообще отка­заться от концертной эстрады.

В начале 50-х годов Генрих Густавович Нейгауз в своем отзыве о Б.М.Берлине написал: "Я хорошо помню  т[оварища] Берлина как пианиста в его молодые годы (до его болезни) и должен сказать, что всегда считал его выдающимся талантом, игра его была всегда интересная, захва­тывающая и глубоко эмоциональная... Хочу еще раз прибавить, что в годы учебы у К.Н.Игумнова  т[оварищ] Берлин был одним из самых интерес­ных и талантливых его учеников".

 

Ученое звание доцента Б.М.Берлину было присвоено в 1935 году. Он стал очень популярным молодым педагогом Московской консерватории. В те годы у него занимались (впоследствии профессора) К.Аджемов, К.Малхасян, И.Михновский, В.Подольская.

 

 

В конце 30-х годов К.Н. Игумнов написал: "Доцент руководимой мною ка­федры Борис Берлин, один из моих лучших учеников, может быть по своему дарованию поставлен в ряд с Обориным и Флиером. К несча­стью, уже семь лет его болезненное состояние заставляет его отказаться от исполнительской деятельности и принуждает замкнуться в педаго­гической сфере исключительно. Работая в этой области, он стал мо­им главным помощником, не только усвоившим мои художественные и педагогические установки, но и умеющим самостоятельно методи­чески мыслить".

Я.В.Флиер, Б.М.Берлин, К.Н.Игумнов, Л.Н.Оборин

 

В 20-е годы Б.М.Берлин - студент был активным комсомольцем (как он шутил, активным, потому что, единственным из комсомольцев, кто ярко играл на рояле). Его исполнительский талант широко использовался на всяких мероприятиях. Берлин вспоминал, как организовал встречу студентов с А.В.Луначарским, забыв обговорить тему, но последний, без подготовки, прочел блестящую лекцию о Скрябине. В коммунистическую партию Берлин не вступал.

В конце 20-х, начале 30-х годов Берлин (часто совместно с А.Л.Иохелесом) неоднократно публиковал в прессе критические статьи на прошедшие концерты.

Жесточайшие сталинские репрессии второй половины 30х годов косвенно затронули  Берлина. Были арестованы и убиты его близкие друзья. В частности, он всегда вспоминал Я.А.Яковлева и его жену. В их доме был сформирован своеобразный музыкально – художественно – просветительский клуб, в котором бывали крупные партийные и правительственные руководители.

С первых дней Великой Отечественной войны Берлин был в мос­ковском ополчении, но затем отозван и в октябре 1941 года вместе с профессором Г.А.Дмитревским занимался эвакуацией консерватории  в Саратов, где прошли два особенно тяжелых года.

В феврале 1942 года в Большом зале Саратовской консерватории состоялся концерт сту­дентов класса Б.М.Берлина. В программе звучали произведения Ф.Листа. Среди участников  были А.Бабаджанян, И.Белоконь, Г.Богино, Н.Сильванский, А.Каплан, З.Лихтман, М.Поркшеян, А.Франк. Одним из слушателей концерта был Б.Л.Яворский, который дал высокую оценку работы педагога.

 

В том же году фортепианный факультет консерватории провел научную сессию, посвященную становлению методических принципов московской фортепианной школы, на которой Борис Моисеевич впервые выступил с докладом, где сформулировал некоторые свои идеи в педагогике.

Вернувшись из эвакуации в 1943 году, Берлин узнал, что из консерватории изгоняют педагогов еврейского происхождения. Без работы оказались Г.И.Литинский, М.С.Пекелис, Б.В.Левик, Г.М.Коган, Т.Д. Гутман, А.Л.Иохелес и многие другие (свыше 30 человек), в том числе и Берлин. С 1944 года некоторые уволенные из консерватории педагоги начали работать в открывшемся институте имени Гнесиных.

 

В начале работы в новом вузе у Бориса Моисеевича было мало студентов, отношения с Е.Ф. Гнесиной не сложились. Позже, после того, как Елена Фабиановна услышала игру учеников Берлина, они улучшились. Большую роль в примирении сыграл пианист В.Р.Шор.

Берлин занимался и ком­позиторским творчеством. Первым опубликованным сочинением был… фокстрот «Ниагара», изданный в 1925 году под псевдонимом Бербор.

Историю с публикацией, позволившей на гонорар купить новые ботинки и про «секретные» (так как тщательно закрывались все двери и просили играть потише) исполнения в классах знаменитых профессоров консерватории Берлин рассказывал с большим юмором. Но, по словам жены Берлина Магдалины Христофоровны,  после войны, когда к Берлину неоднократно обращались известные артисты с просьбой написать эстрадную песню, предлагая высокие гонорары, он, несмотря на тяжелое материальное положение, категорически отказывался. Хотя, находясь в дружеской компании, он мгновенно на любой текст импровизировал готовое сочинение. Он считал это халтурой.

 

Потом появились пьесы для фортепиано, романсы для голоса и фортепиано, обработки прибал­тийских народных песен, транскрипции "Детских песен" Чайковско­го, музыка для театра (много музыки во вторую половину 40-х годов было написано для Теневого театра). Самое круп­ное сочинение для фортепиано — "Восемь картин на русскую тему", было посвящено памяти К.Н. Игумнова. Тема этого произведения – «Протяжная» из сборника русских народных песен, собранных В.Прокуниным и изданного в 1872 году под редакцией П.И.Чайковского. "Восемь картин" были впервые исполнены Исааком Михновским в 1951-ом году, а опубликованы в 1957-ом году издательством "Советский композитор". О композиторском творчестве Берлина тепло отзывались Г.Г.Нейгауз, А.И.Хачатурян, Т.П.Николаева.

Интересно, что Берлин никогда не преподавал композицию, но в его фортепианном классе еще в консерватории и «Доме Армении» занимались крупные компози­торы: А.Бабаджанян, А.Арутюнян, Э.Мирзоян. Очень оригинально, масштабно сочиняет, окончивший ГМПИ им. Гнесиных, как пианист, а позже консерваторию, как композитор,  С.Дрезнин. 

Нельзя не упомянуть, что Б.М. Берлин привел в дирижерское исполнительство двух крупных отечественных музыкантов – Ю.Силантьева и В.Дударову.

В 1948 году состоялся первый выпуск учеников Берлина в Институте име­ни Гнесиных. Это – И.Комаровская и Э.Жив. Затем – Т. Фрейнкина.

В 50 –60-е гг. в классе Берлина обучались ныне известные педагоги: про­фессор И.Анастасьева, профессор В.Самолетов, профессор Л.Стародубровская, профессор Л.Тихонова (Петросян), кандидат педагогических наук профессор Г.Овакимова, профессор Л.Франк, Т.Натарова, Засл. арт. России Л.Калинина, проф. Т.Юрова. Засл. Арт. России И. Захарова, лауреат Всесоюзного конкурса, Засл. арт. России Н.Аязян и ряд других.

С Борисом Моисеевичем консультировались, обыгрывали ему свои программы многие пианисты, ученики других педагогов. К сожалению, из-за определенной ментальности того времени, это тщательно скрывалось. Среди тех, кого можно назвать – выдающаяся пианистка Мария Гринберг, известные пианисты: профессор Джульярдской музыкальной школы Оксана Яблонская, профессор РАМ им. Гнесиных Алексей Скавронский, профессор МГК им.Чайковского Вера Горностаева. Его очень почитала профессор Татьяна Николаева (в эвакуации одно время она жила вместе с его семьей). На одном из открытых уроков Берлин занимался с молодым Владимиром Ашкенази.

Кроме консерватории и института, Борис Моисеевич, в разные годы преподавал по совместительству в ЦМШ, в «Доме Армении», преподавал он и в училище им. Гнесиных, где у него занимался, ставший впоследствии видным музыковедом, профессор Ф.Г.Арзаманов.

В 1957 году в Москву приехала американская пианистка Эдит Финтон Рибер. Её отец был ассистентом Т.Лешетицкого. Побывав на уроках педагогов в консерватории и в институте, она ре­шила поступить в институт к Б.М.Берлину, а затем приезжала к нему на стажировку еще несколько раз.

 

 

 

Борис Моисеевич выступал с докладами и открытыми уроками в училищах и школах Москвы и близлежащих городов. А также выезжал в Ереван, Клайпеду, Минск, Нижний Новгород (тогда Горький), Новосибирск, Тбилиси, Уфу.

Лишь однажды, он был заграницей - в Чехословакии на лечении в Карловых Варах.

В 1973 –75 годах Б.М.Берлин возглавлял кафедру специального фортепиано института. У него была интересная, но абсолютно не осуществимая мечта, чтоб студенты по специальности могли заниматься у разных педагогов, изучая у них те сочинения, которые они лучше всех знают, например, условно: Шопена у Т.Д.Гутмана, Бетховена у А.Л.Иохелеса, а Листа у Б.М.Берлина и т.п. Зато было осуществлено правило, - в зимнюю сессию, студенты сдавали экзамены не по курсам, а по классам педагогов, т.е. были сплошные классные концерты (нагрузка на педагогов – сумасшедшая).

В 70-е годы в классе Берлина учились дипломант Всесоюзного конкурса Ж.Гандельсман, дипломант Всероссийского конкурса С.Дрезнин, профессор РАМ им. Гнесиных Е.Стриковская, доцент РАМ им. Гнесиных А. Аксенов, доцент Новосибирской консерватории В.Мещерякова, проф. Ереванской консерватории А.Шахбазян, доцент МГПУ С.Богино, преподаватель ГМПИ им. Ипполитова-Иванова И.Илларионова, доцент Донецкой консерватории М.Виноградская.

В 80-е гг. в классе Берлина в течение 3-ех лет стажировалась выпускница Московской консерватории, Лауреат международных конкурсов М.Евтич (Югославия). В аспирантуре обучался дипломант международного конкурса, Засл. арт. России С.Мусаелян, концертмейстер Московской филармонии, преподаватель Высшей школы в Гамбурге  Г.Майорский, концертмейстер Московской консерватории Н.Болотова, преподаватель Бенедиктинского университета в Чикаго (США) С.Краснова, педагог РАМ им. Гнесиных Н.Мерзлякова.

С 1987 года Б.М. Берлин, экономя силы, сократил свой класс, и стал стараться строить свое расписание так, чтобы заниматься каждый день лишь с одним из учеников.

В 90-е годы - Д.Вайнштейн стала лауреатом Всероссийского конкурса и участвовала в X Международном конкурсе им. П.И.Чайковского.

Трудно определить, кому из композиторов Борис Моисеевич отдавал приоритет. Возможно – это Бетховен, Лист, Скрябин и Брамс. Но, конечно, еще и Бах, Моцарт, Шуберт, Шуман, Шопен, Чайковский, Рахманинов, Прокофьев, Дебюсси и Равель. Б.М.Берлин постоянно обновлял педагогический репертуар. Ему в заслугу можно поставить возвращение Гайдна еще в 30-е годы, т.к. тогда его практически не играли. В 50-е, 60-е  годы он одним из первых стал проходить со студентами сонаты Хиндемита и Барбера, сочинения Бартока и Менотти, позже произведения Шнитке, Тищенко, Рябова.

В 1992 году Берлину было присвоено звание «Заслуженный деятель искусств России».

В архиве института сохранилась рукописная справка, данная Г.Г. Нейгаузом 28 ап­реля 1949 года для подтверждения каких-то документов: "Удостоверяю, что тов. Б.М.Берлин... проявлял как исполнитель и педагог всегда большую са­мобытность, талантливость и любовь к делу". Этими прекрасными качествами он отличался до последнего дня  своей жизни, до последнего дня  своей работы в институте – Российской Академии музыки имени Гнесиных.

Борис Моисеевич Берлин скончался 10 августа 1995 года и был похоронен на Донском кладбище в Москве.

 

После концерта, посвященного 80-летию Б.М.Берлина в Концертном зале РАМ.